Московский новый драматический театр продолжает работу над масштабным проектом, включающим в себя четыре основные пьесы А. Чехова – «Чайка», «Дядя Ваня», «Три сестры» и «Вишневый сад».
Монолог мировой души из первой и, увы, последней пьесы Константина Треплева «Люди, львы, орлы и куропатки, рогатые олени...» оказался провидческим. И не только для дальнейшего развития театрального искусства. «… декораций никаких...», говорит Константин в пьесе Чехова «Чайка», а первый исполнитель в художественном театре роли Треплева, Всеволод Мейерхольд, через несколько лет осуществит эстетическое кредо Кости — создаст театр, убрав задник, кулисы да и неприкосновенный несколько веков занавес. А другой реформатор сцены, гениальный режиссер Питер Брук, не забудет замысел молодого чеховского авангардиста, задумавшего декорацией сделать реальный пейзаж с восходящей луной. Свой спектакль «Махабхарата» Брук осуществил на фоне реального песчаного карьера, использовав закат настоящего солнца.
Но провидение Треплева выходит за границы театральных поисков. «Люди, львы, орлы и куропатки... словом, все жизни, все жизни, все жизни, свершив печальный круг, угасли... тела живых существ исчезли...» Единственное, что Костя Треплев не мог предположить, что этот процесс будет длиться не двести тысяч лет. На наших глазах исчезают многие виды животных, да и человек, как биологический вид, утверждают ученые, скоро перестанет быть Homo sapiens.
Процесс уже пошел... уходят, уходят целые пласты человеческой жизни, исчезают типы, характеры, традиции и устои. Что сегодня еще можно удержать в этом стремительном исчезновении человеческого? Исчезают львы, орлы, куропатки и рогатые олени... А люди? Они еще есть, только люди ли они?
Чехов более ста лет назад всматривался в уходящую натуру. Всмотримся и мы.
«Когда я проснулась, встала и умылась, то мне вдруг стало казаться, что для меня все ясно на этом свете, и я знаю, как надо жить.»
«Представьте, я уже начинаю забывать ее лицо. Так и о нас не будут помнить. Забудут.»
«Мы теперь совсем не можем знать, что собственно, будет считаться высоким, важным и что жалким, смешным.»
«… Я мечусь из стороны в сторону, как лисица, затравленная псами, вижу, что жизнь и наука все уходят вперед и вперед, а я все отстаю и отстаю...»
«…За такое счастье, как быть писательницей или артисткой, я бы перенесла нелюбовь близких, нужду, разочарование... ела бы только ржаной хлеб, страдала бы от недовольства собой, от сознания своих несовершенств...»
«Лошадь хороший зверь... Лошадь продать можно...»
«Ницше... философ... громадного ума человек, говорил в своих сочинениях, будто фальшивые бумажки делать можно...»
«Как-то странно... были знакомы и вдруг почему-то... никогда уже больше не увидимся...»

«Чехов. Проект» состоит из 4 версий. В каждой версии четыре акта, по одному из «Чайки», «Дяди Вани», «Трех сестер» и «Вишневого сада». 47 персонажей пройдут через все спектакли проекта, исполненные 28 актерами.